Новый глава агентства Евгений Примаков — о «мягкой силе», бренде президента и бессмысленной показухе

  • 13th July 2020
  • 496 Views
Новый глава агентства Евгений Примаков — о «мягкой силе», бренде президента и бессмысленной показухе

«Сложно представить человека в здравом уме, который пошел бы читать сайт Россотрудничества»

Российская гуманитарная внешняя политика не должна предлагать универсальных «пакетных» решений, нужно исходить из тщательного анализа потребностей каждой отдельной страны и региона. В этом «Известия» заверил новый глава Россотрудничества Евгений Примаков. В интервью он также рассказал о том, как должна строиться деятельность агентства в медийном пространстве, что не так с чаепитиями на дни рождения Пушкина и чем плох термин «мягкая сила».

Одна из целей Россотрудничества — улучшение имиджа России и расширение ее влияния через «мягкую силу». Между тем вы сами ранее признали, что «российская гуманитарная внешняя политика по-прежнему бестолкова и неэффективна». В связи с этим вопрос: кто виноват?

— Вы меня сейчас провоцируете на то, чтобы я начал критиковать агентство, которое я возглавил. А я теперь в другой позиции, и мне непросто ответить на этот вопрос… Да, я считаю, что у нас были промахи, у нас была и сохраняется проблема. То, что мы будем менять, — формальный подход во многом, когда наши зарубежные представительства, центры культуры и науки идут по событийному, календарному плану: чаепития на День космонавтики, на день рождения Пушкина, в честь Дня России и так далее. А эта история на самом деле не работает. Мы собираем на этих чаепитиях чаще всего одних и тех же людей, наших замечательных соотечественников, но не всегда они могут оказать нужное общественное влияние на окружающих людей и тем более на политические элиты.

Будет совершенно другой критерий эффективности наших зарубежных центров. Это количество и качество привлеченных к работе организаций, сообществ неправительственного сектора. Это могут быть какие-то НКО, группы каких-то людей, объединенных общей идеей. Нам надо вовлекать их в работу.

Причем совершенно необязательно, чтобы они это делали под пророссийскими политическими лозунгами. Да, нам бы хотелось получать политическую поддержку и солидаризацию. Но это не всегда возможно, и мы это понимаем. Наверняка мы должны искать и находить людей условно в Великобритании, которые бы сказали: «Да, Крым российский». Но там, где мы не можем найти таких людей, мы должны найти точки солидаризации по любому другому поводу в общих интересах. Есть цели развития ООН, есть общая проблематика борьбы с терроризмом, с бедностью, с заболеваниями, с COVIDом. И даже на неполитических вещах надо находить общий язык. И чем больше мы задействуем неправительственный сектор, независимые НКО, тем больше у нас будет отклик. Россотрудничество должно всё время создавать эти точки солидаризации. Потому что наша задача — мир и дружба. Неспроста у нас на нашей эмблеме — белый голубь Пикассо, голубь мира.

Фото: ИЗВЕСТИЯ/Зураб Джавахадзе

— То есть в каждой отдельно взятой стране российская «мягкая сила» будет проецироваться совершенно по-разному?

— Безусловно. Это вещь, которая делалась не очень эффективно. Технологически должна быть оценка потребностей в каждой стране, в каждом регионе. Мы не можем предлагать пакетные решения, одинаковые для всех. Где-то с радостью будут слушать казачий хор, а где-то это будет выглядеть странно и глупо. Почему мы обязательно должны его провезти по всем странам мира?

Где-то в Африке будут актуальнее вопросы образования, например, или то, чем Россотрудничество раньше никогда не занималось, но моя команда привнесет, — это социальная и гуманитарная работа. Гуманитарная политика не в том смысле, в каком ее сейчас понимают в России — исключительно искусство, культура, немножко религия, немножко образование. А в смысле обеспечения прав и потребностей людей. Может, в какой-то африканской стране надо сделать пару колодцев или вакцину привезти. Это тоже гуманитарная политика, и она тоже должна осуществляться. Не имеет смысла ставить вопрос о фильтрации питьевой воды в Швейцарии — понятно, что туда поедет хор, выставка. А в других странах это нужно. Нам необходима постоянная оценка потребностей, и это еще одна задача, которая будет стоять перед нашими представительствами, перед Русскими домами, как их везде называют, — держать связь с неправительственным сектором и держать связь на земле.

— Вы упомянули чаепития. У большинства россиян Россотрудничество действительно ассоциировалось преимущественно с культурными мероприятиями по поводу и без — то, что вы как-то назвали бирюльками с балалайками…

— Балалаечной дипломатией я это называл.

— А есть понимание, чего точно больше ни в одной стране не будет под вашим началом?

— Бессмысленной показухи не будет.

— Недавно вы встречались с главой МИДа Сергеем Лавровым. СМИ по итогам скупо отрапортовали, что многие ваши инициативы получили на Смоленской площади позитивный отклик. О чем конкретно шла речь?

— Я примерно сейчас и описал, о чем шла речь. Это было формальное представление меня коллективу, была Элеонора Митрофанова, которую и я, и министр поблагодарили. Но это была больше внутренняя протокольно-дипломатическая история. Содержательные встречи по-другому происходят. Я докладывал министру о своих соображениях, было несколько бумаг и в администрацию президента. Продолжаются совещания. Мы утрясаем новую оргструктуру, новые предложения по тем направлениям, которые здесь будут. Как раз внесение социально-гуманитарной компоненты — это новшество.

Фото: ИЗВЕСТИЯ/Зураб Джавахадзе

По-другому должна строиться в том числе и работа пресс-службы. Мне сложно себе представить человека в здравом уме, который из любви к знаниям пошел бы читать сайт Россотрудничества. Сайт должен быть интересным, это должно быть медиа. Я очень хочу, чтобы агентство поработало вместе с RT. Хочу поговорить с Маргаритой Симоньян, потому что Россотрудничество должно создавать контент, который интересен и востребован. И рассказывать о работе в первую очередь надо не здесь, в России, а за рубежом, потому что это агентство, нацеленное на внешнюю аудиторию.

— А будет ли некий пост, сопоставимый по роли с должностью Марии Захаровой в МИДе? Свой аккаунт в Facebook, Twitter?

— Есть Telegram-канал Россотрудничества — вот вы даже не знаете, что он есть! Есть аккаунты и в Facebook, и в других соцсетях, но просто эту работу надо настроить. Чтобы она была более эффективной и радовала глаз.

В советское время очень многие из стран соцлагеря и в Восточной Европе, и в Азии учили русский язык в школе. Сегодня русский, мягко говоря, не особо популярен. Как думаете, стоит ли выводить его популяризацию в отдельное направление с соответствующим финансированием? Или желание иностранцев учить русский язык и учиться в РФ должно стать производным от общей привлекательности страны в их глазах?

— Одно другому никак не противоречит. Во-первых, хочу сказать в защиту русского языка, что это один из официальных языков ООН. На нем, учитывая советское прошлое, по-прежнему говорит очень много людей в мире. Да, это число, к сожалению, сокращается, он выходит из обихода на пространстве бывшего СССР, молодые люди всё меньше учат русский язык. В Восточной Европе то же самое происходит.

Но это не везде. На Ближнем Востоке всплеск интереса к русскому языку по понятным причинам — в Сирии мы себя показали очень сильным игроком, сверхдержавой. Школы в регионе, где преподают русский язык, заполнены. В Сирии он обязателен для преподавания в российских школах — это один из иностранных языков, который введен в школьную программу.

Для пространства бывшего СССР русский — это по-прежнему лингва франка. На каком языке разговаривают туристы с Украины — даже с запада, из-под Львова — приезжая в Грузию? Чаще всего на русском. На каком языке общаются граждане бывших советских республик, оказавшись за одним столом? Чаще всего на русском.

Фото: ИЗВЕСТИЯ/Зураб Джавахадзе

Что делать с тем, что есть сокращение? Язык должен быть востребован социально. Наверное, есть некое количество людей, которые учат китайский, чтобы почитать Лао Цзы в оригинале. Какое-то количество людей, наверное, учат французский из любви к Мольеру и очень хотят почитать его именно на французском. Но большинство людей учат какой-то язык, потому что он дает им шанс на лучшую работу, на лучшее образование, на какие-то новые знания, которые им помогут в жизни. Русский язык должен быть сохранен именно таким способом.

«Росконгресс» и Россотрудничество объединят усилия в подготовке мероприятий

Здесь мы, конечно, очень зависим от экономической силы страны, от того, насколько русский язык будет востребован в экономике, науке, бизнесе. То, что касается нашей гуманитарной политики, должно, безусловно, опираться еще и на экономический фактор. Очень рассчитываю, что Россотрудничество найдет партнеров в лице российских крупных компаний, которые ведут внешнеэкономическую деятельность. Мы можем быть друг другу очень полезны.

За год до появления Россотрудничества был создан фонд «Русский мир», целью которого была как раз поддержка программ изучения русского языка за рубежом. Такого рода организации — они вам в помощь, они вам мешают, они вас дублируют? Есть ли вообще какое-то взаимодействие между Россотрудничеством и такого рода фондами?

— Безусловно, есть и сотрудничество. В моем представлении в работе на этом направлении, включая образование и гуманитарные проекты любого рода, координирующим органом должно выступать Россотрудничество. Мы внешний контур.

Если вернуться к теме русского языка, никто не заменит никогда знания, функционал и опыт Министерства просвещения, их методологию преподавания, учителей, учебники, весь этот комплекс знаний. Но никто не может заменить Россотрудничество в том, что мы даем доступ туда, «последнюю милю». Поэтому будем очень рады любому взаимодействию с любыми игроками и участниками гуманитарной политики. И будем настаивать, чтобы у агентства была координирующая роль.

— То есть пока четкой координации нет?

— Она разрабатывается.

— В концепции внешней политики любого государства расписаны приоритеты — у нас всегда приоритетом номер один идут страны СНГ. Если взять Россотрудничество, можно ли сказать, что главная борьба за сердца будет вестись в СНГ или нам важнее завоевывать своей «мягкой силой» Запад?

— Во-первых, у нас один центр принятия решений по внешней политике — это президент. И концепция внешней политики стройная, понятная и логичная — в первую очередь нас волнует ближний круг, страны и народы, которые когда-то имели с нами общее пространство и общую историческую судьбу. Нет Советского Союза, но есть связи, и мы ими дорожим. И наша непосредственная безопасность, благополучие зависят от добрососедства. Президент ставит задачу именно таким образом — естественно, это СНГ, межрегиональные организации, куда входит Россия, вроде ШОС, и дальше большой мир.

Наш взгляд на мир традиционно был европоцентричным. Мы упускали очень часто из внимания растущую Азию. Это новый центр силы, экономической мощи. Например, взять Китай. И другие страны с многомиллионным населением, которые раньше назывались странным определением — «страны третьего мира».

Фото: ИЗВЕСТИЯ/Зураб Джавахадзе

Безусловно, пространство бывшего СССР для нас приоритет. Но это не значит, что нам неважно, что происходит в Европе или в Азии. Нужна оценка потребностей и оттачивание нашей политики в отношении регионов и стран в соответствии с нашими интересами и запросами. Только тогда она будет эффективна, только тогда у нас не будет перекосов с тем, что мы кем-то занимались, а кого-то забыли.

— Что касается упомянутого вами Китая. У нас много лет тенденция к росту популярности китайского языка и культуры. А ведут ли отношения между нашими странами и лидерами к повышению внимания к нашей культуре и языку в Китае?

— Конечно. Наш президент в Китае фантастически популярен. Он много где популярен, правда, — это один из наших брендов. И русский язык в Китае популярен, и российская продукция. Мороженое, например.

— Сам Путин сделал ему рекламу.

— И тут президент сам руку приложил… Взаимный интерес, он есть и будет расти.

— Другими словами, в Китае российская «мягкая сила» работает?

— Я не люблю термин «мягкая сила». Это такое циничное наследие империализма. Его придумал Джозеф Най, который сам уже практически не использует этот термин, он чаще произносит smart power — умная сила. А про нас и китайцев он, кстати, говорит, что у нас sharp power — острая сила, потому что она сочетается якобы с нашей повышенной агрессивностью.

«Мягкая сила» говорит всегда о чем-то с позиции силы так или иначе. Это навязывание чего-то, а мы не хотим ничего навязывать. Мы транслируем дружбу, добрососедство, наши ценности. Мы считаем, что они довольно консервативны, что хорошо в мире, который сейчас трясет демонстрациями, кампаниями, неуверенностью в себе, поиском новой идентичности. Россия постепенно становится таким большим материком адекватности, поэтому и интерес к нам растет.

— То есть наша привлекательность в этом?

— И в этом тоже. У нас есть традиционные политические ценности, которые мы неизменно транслировали миру, — ценность суверенитета, невмешательства в дела других стран, на чем мы всё время настаивали, когда американцы придумывали какую-нибудь интересную авантюру. И это сохранение мира. Что делали наши солдаты в Сирии? Какой наш главный интерес и запрос к Украине? Это установление там мира, чтобы перестали убивать людей, наши гуманитарные обязательства перед населением востока Украины.

 

https://iz.ru/1033306/nataliia-portiakova/slozhno-predstavit-cheloveka-v-zdravom-ume-kotoryi-poshel-chitat-sait-rossotrudnichestva?fbclid=IwAR2Nueo8Hw-JQ38BkMgWdNpSdPby_yrQXWbZtzK1JVZnw9al1xzjw4oo-ow

RSS Diplo Portal Belgrade

  • Zoom radionica o podkastima 28th October 2020
    Nakon uspešno realizovanih onlajn radionica o kreiranju podkasta u avgustu, zbog velikog interesovanja, EU info kutak Novi Sad ponovo ih organizuje u novembru!Prva radionica će se održati 04. novembra od 18 sati, učesnici će se upoznati sa osnovama potrebnim za pokretanje podkasta, najčešćim alatima koje koriste podkasteri i oprobati se u neizostavnom elementu podkasta – […]
  • Svetla projektora se nikada neće ugasiti 28th October 2020
    U eri kada se borimo da bioskopi opstanu i ostanu omiljeno mesto za gledanje filmova, pandemija korona viusa čini se kao završni udarac. Bioskopi su mesecima zatvoreni, a filmske premijere se pomeraju na neodređeno vreme, jedan je od zaključaka vebinara Culture Talks u organizaciji EU info mreže.Trenutno je najveći izazov pokrenuti sve moguće inicijative kako […]

Catalog of Destroyed and Desecrated Churches in Kosovo ( VIDEO )

Scroll Up